Драмтеатр в Гродно: по ком звонит мобильник?
Этот материал я хотела бы подписать «злой зритель в девятом ряду» – в противовес зрителю доброму из того же ряда. Почему? Сейчас расскажу.
Работники театра давно подметили, что актер на сцене чувствует (даже если не видит этого) все, что происходит в зале, в том числе на самых дальних местах на балконе. Недавно мы говорили об этом с главным режиссером драматического театра Геннадием Мушпертом. Перед началом спектакля он лично вышел на сцену и тактично попросил отключить мобильные телефоны. Потом пошутил: «Что-то никакого движения не наблюдаю. Только не говорите, что все уже успели это сделать». Даже обидно стало: ну что вы так не верите нам? А режиссер между тем продолжил: не стоит ставить телефон в режим виброзвонка. Конечно, артистам он и не мешает так сильно, как внезапная песенка на весь зал, а вот соседей расстроить и отвлечь вполне может. После этих слов кое-какое движение произошло.
Кстати, для меня это был первый случай, когда о мобильных телефонах напоминал не голос из динамика, а сам режиссер со сцены. Вспомнилось, как сетовала однажды подруга, театральный критик из Минска: соседка то и дело доставала из сумки карамельки, клала их в рот, и (простите за такие подробности) несколько человек вокруг слышали причмокивания.
Лично я свидетельницей таких казусов не становилась. Максимум неудобства – телефоны. Один такой вредный аппарат зазвонил в глубине женской сумочки. Сами понимаете, найти его, извлечь и обезвредить за секунду – почти из области фантастики. Погрузившись практически с головой в недра сумочки, хозяйка так и не смогла его обнаружить. А телефон звонит, соседи нервничают, шикают… Тогда предприимчивая дама быстро запихивает сумочку за спину и зажимает между собой и сиденьем. Мол, так слышно не будет. Через какое-то время телефон зазвонил еще раз, но уже куда более сдавленно.
Однако вернемся к тому дню, когда к зрителям вышел главный режиссер и, возможно, кого-то слегка обидел своим подозрением и неверием. Только знаете, он оказался прав. Потому что несколько звонков мы все-таки услышали. А во втором акте за моей спиной зрительница в паузе во время смены декораций и вовсе негодующе зашептала: «Совсем бессовестные, сколько можно сидеть и подушечки жевать!» Несколько голов тут же повернулись посмотреть, кто на кого ругается и, само собой разумеется, обменялись друг с другом кто недовольным взглядом, кто короткими репликами.
Если бы это были дети, еще можно списать на то, что спектакль им не по душе, вот они шумят и отвлекаются. Но в зале взрослые. Да и постановка интересная, зритель в целом принимал спектакль очень хорошо. За исключением таких вот казусов.
Мне кажется, театр становится демократичнее. Он выходит на улицы, «играет» со зрителем, стирает границы между сценой и залом – одним словом, активно экспериментирует над формой. Все реже в театр идут как в храм искусства, наряжаясь в вечерние платья и строгие костюмы. В лучшем случае – просто красивая, чуть более нарядная одежда. Но все чаще – то, в чем потом смело можно идти в бар. Правильно это или нет, можно спорить. Но есть вещи, которые все же лежат в другой плоскости, чем «традиция и современность». Они – из области приличия. Как, например, и то, можно ли себе позволить опоздать на спектакль.
В конце марта свой профессиональный праздник отмечают артисты сцены. 21-го – Международный день кукольника, 27-го – Международный день театра. Есть предложение отметить … тишиной мобильных телефонов и громкими аплодисментами.
Работники театра давно подметили, что актер на сцене чувствует (даже если не видит этого) все, что происходит в зале, в том числе на самых дальних местах на балконе. Недавно мы говорили об этом с главным режиссером драматического театра Геннадием Мушпертом. Перед началом спектакля он лично вышел на сцену и тактично попросил отключить мобильные телефоны. Потом пошутил: «Что-то никакого движения не наблюдаю. Только не говорите, что все уже успели это сделать». Даже обидно стало: ну что вы так не верите нам? А режиссер между тем продолжил: не стоит ставить телефон в режим виброзвонка. Конечно, артистам он и не мешает так сильно, как внезапная песенка на весь зал, а вот соседей расстроить и отвлечь вполне может. После этих слов кое-какое движение произошло.
Кстати, для меня это был первый случай, когда о мобильных телефонах напоминал не голос из динамика, а сам режиссер со сцены. Вспомнилось, как сетовала однажды подруга, театральный критик из Минска: соседка то и дело доставала из сумки карамельки, клала их в рот, и (простите за такие подробности) несколько человек вокруг слышали причмокивания.
Лично я свидетельницей таких казусов не становилась. Максимум неудобства – телефоны. Один такой вредный аппарат зазвонил в глубине женской сумочки. Сами понимаете, найти его, извлечь и обезвредить за секунду – почти из области фантастики. Погрузившись практически с головой в недра сумочки, хозяйка так и не смогла его обнаружить. А телефон звонит, соседи нервничают, шикают… Тогда предприимчивая дама быстро запихивает сумочку за спину и зажимает между собой и сиденьем. Мол, так слышно не будет. Через какое-то время телефон зазвонил еще раз, но уже куда более сдавленно.
Однако вернемся к тому дню, когда к зрителям вышел главный режиссер и, возможно, кого-то слегка обидел своим подозрением и неверием. Только знаете, он оказался прав. Потому что несколько звонков мы все-таки услышали. А во втором акте за моей спиной зрительница в паузе во время смены декораций и вовсе негодующе зашептала: «Совсем бессовестные, сколько можно сидеть и подушечки жевать!» Несколько голов тут же повернулись посмотреть, кто на кого ругается и, само собой разумеется, обменялись друг с другом кто недовольным взглядом, кто короткими репликами.
Если бы это были дети, еще можно списать на то, что спектакль им не по душе, вот они шумят и отвлекаются. Но в зале взрослые. Да и постановка интересная, зритель в целом принимал спектакль очень хорошо. За исключением таких вот казусов.
Мне кажется, театр становится демократичнее. Он выходит на улицы, «играет» со зрителем, стирает границы между сценой и залом – одним словом, активно экспериментирует над формой. Все реже в театр идут как в храм искусства, наряжаясь в вечерние платья и строгие костюмы. В лучшем случае – просто красивая, чуть более нарядная одежда. Но все чаще – то, в чем потом смело можно идти в бар. Правильно это или нет, можно спорить. Но есть вещи, которые все же лежат в другой плоскости, чем «традиция и современность». Они – из области приличия. Как, например, и то, можно ли себе позволить опоздать на спектакль.
В конце марта свой профессиональный праздник отмечают артисты сцены. 21-го – Международный день кукольника, 27-го – Международный день театра. Есть предложение отметить … тишиной мобильных телефонов и громкими аплодисментами.
