«Страна багровых туч» 60 лет спустя: как братья Стругацкие писали свою первую книгу

– Вообще назначение человека, – добавил он, подумав, – превращать любое место, куда ступит его нога, в цветущий сад. И если мы не доживем до садов на Венере, то уж наши дети доживут обязательно.

Садов на Венере или хотя бы колоний на Марсе авторы этой фразы не дождались. В 1959 году из-за того, что современная на тот момент аппаратура пасовала перед плотной атмосферой планеты, светила науки выдвигали самые невероятные теории. Как оказалось, для братьев Стругацких, тогда еще начинающих советских фантастов, это был достойный повод для написания повести.

Впоследствии аббревиатура АБС стала для советской фантастики поистине знаковой. На произведениях Аркадия и Бориса Стругацких выросло не одно поколение писателей-фантастов, их книги неоднократно экранизировались (но не всегда удачно). «Понедельник начинается в субботу», «Обитаемый остров», «Пикник на обочине», «Трудно быть богом» и многие другие их работы стали классикой мировой фантастики.

uzn_1392628858.jpg

И не скажешь, что братьям суждено было стать писателями, ведь их профессии были далеко от творчества. Старший брат, Аркадий Натанович, работал переводчиком с английского и японского, но в детстве грезил звездами и хотел стать астрономом. Его мечтам помешала Великая Отечественная война, ведь в подобное время некогда разглядывать звездное небо. Поэтому Аркадий до 1955 года был военным переводчиком, в том числе и на Токийском процессе – суде над высшими военными чинами Японской империи.

rubric_issue_event_403564.jpg

Воплотить мечту старшего брата смог Борис Натанович, который выбрал профессию ученого-астрофизика. Слово «ученый», правда, будет лишним: Стругацкий-младший не смог защитить кандидатскую диссертацию, поскольку ее тема была раскрыта за рубежом еще во время войны. Поэтому Борис устроился в Пулковскую обсерваторию, где работал на полставки и после того, как стал профессиональным писателем.

Военный человек с гуманитарным образованием и астрофизик свой первый совместный роман начали писать в 1955 году, хоть первые идеи и даже название повести Аркадий придумал четырьмя годами ранее. Старший брат к тому времени уже имел опыт в литературе, ну а Борис даже не помышлял о карьере писателя. Их судьбу решил банальный спор: жена Аркадия заключила пари с мужем. Дескать, современной фантастике уготовано мрачное и беспросветное будущее, с которым братья Стругацкие вряд ли что-нибудь смогут поделать. Уговор есть уговор, и Аркадий с Борисом взялись за написание повести.

2F699C4C-03AD-4109-9132-DB92F2927C2A_w1023_r1_s.jpg

Первые две части, действия которых разворачиваются на Земле, написал старший брат. За события, что происходили уже непосредственно в «стране багровых туч», отвечал Борис. На самой повести это никак не сказалось, и после первого прочтения даже не подозреваешь, что книгу писали два разных человека. Опыт первой книги показал, что жить братья могут и порознь, а вот творить им все-таки лучше вместе. В своем интервью газете «Известия» Борис Натанович вспоминает:

Сюжеты мы всегда придумывали вместе – обычно вечером, после основной работы, во время прогулки. Тексты писали тоже вместе, хотя в самом начале пробовали писать и порознь, но это оказалось нерационально, слишком медленно и как-то неинтересно. Обычно же один сидел за машинкой, другой бродил тут же по комнате, и текст придумывался и обсуждался постепенно – фраза за фразой, абзац за абзацем, страница за страницей. Это было как бы устное редактирование, каждая фраза проговаривалась три-четыре раза, пока мы взаимно не соглашались поместить ее в текст. Самый эффективный – как показал опыт – метод работы вдвоем.

36_main.jpg

Если думаете, что между братьями не возникало никаких споров, то вы глубоко заблуждаетесь. Вся суть их работы как раз и заключалась в споре, поисках лучших вариантов фраз и реплик. По словам самих авторов, в таких обсуждениях рождается не только истина, но и мало-мальски содержательный текст, поэтому так тяжело работать в одиночку: слишком легко самого себя уговорить.

Побеждал в этих поисках компромисса достойнейший. У Стругацких было незыблемое правило: если критикуешь, то предлагай что-нибудь взамен, и так до полного истощения вариантов. Если оба брата стояли на своем, то подбрасывали монетку, и проигравший, не скрывая своего недовольства, подчинялся слепому случаю.

86049_900.jpg

Теперь вернемся в 1959 год. Для фантастики того времени «Страна багровых туч» стала самым что ни на есть настоящим откровением. Главные герои повести не были похожи на безликие фигуры с плакатов, которые выкрикивали штампованные лозунги. Часть критиков с некоторой желчью заметила, что не таким нужно представлять светлое коммунистическое будущее. Кого-то затронул слишком грубый (на самом деле живой) язык героев, кто-то жаловался на отсутствие традиционной счастливой концовки (книгу Замятина «Мы» и романы Беляева в расчет брать не стоит). По прошествии времени стало понятно, что тогда впервые за долгое время у советской фантастики появилось человеческое лицо. Элегантный, но язвительный Юрковский, улыбчивый добряк Крутиков и, конечно же, несгибаемый Быков, который уже тогда был материалистом до мозга костей – все эти герои мигом полюбились читателям, ведь «Страна багровых туч» лишь положила начало целой трилогии.

1353720699-0481518-www_nevsepic_com_ua.jpg1353720700-0481158-www_nevsepic_com_ua.jpg3889_original.jpg

Стругацкие однажды скажут, что свою первую попытку совместного творчества они недолюбливают. Старший брат сравнит повесть с «первым ребенком, беспомощным, неуклюжим и нелюбимым». Борис не будет утаивать, что «по-настоящему я не люблю одну нашу книгу, самую первую. Для своего времени – это было явление, наверное, даже прогрессивное. Но сейчас она мне кажется безнадежно устаревшей». Но это будет потом, спустя огромное количество проб, ошибок, череды споров и безусловных успехов, которые придут к двум мастерам слова. А в 1959 году они, наверное, радовались как дети, те самые дети, которые обожали смотреть в звездное небо и грезили космосом, который впоследствии будут покорять их герои.

441631a497768ff4eb22eda75507f6a6.png

Да, садов на Венере мы с вами не увидим, хоть наука за 60 лет ускорила развитие человечества, будто пересела с допотопного автомобиля на скоростной болид. До Марса, казалось бы, тоже рукой подать, но все-таки сделать второй шаг после Нила Армстронга человечество сделать еще не готово. Да и нужно ли нам это? Фантастика заключается не только в покорении неизведанного, опасностях открытий и других Вселенных. Она прежде всего о людях, которые в себе порой скрывают тайны, что и не снились безликому космосу.

– Жизнь дает три радости, тезка. Друга, любовь и работу. Каждая из этих радостей отдельно уже стоит много. Но как редко они собираются вместе! – Без любви, конечно, обойтись можно, – вдумчиво сказал Гриша. Дауге мельком взглянул на него. – Да, можно, – согласился он. – Но это значит, что одной радостью будет меньше, а их всего три.
Редакция газеты «Гродненская правда»