В годы оккупации в Лиде активно действовали подпольщики. Рассказ о непокоренном городе

В годы оккупации в Лиде активно действовали подпольщики. Рассказ о непокоренном городе

Они были совсем юными, но, несомненно, морально и нравственно зрелыми. В годы Великой Отечественной в оккупированной фашистами Лиде они создали подпольную сеть и оказали серьезное сопротивление врагу, действуя на предприятиях города, железной дороге, электростанции. Они любили жизнь, но каждый день смотрели смерти в лицо. Потому что они любили свою Родину. И малую, и большую. Они хотели, чтобы она поскорее снова свободно вздохнула и набрала полные легкие мирного воздуха.

55666767.jpg

Непокоренный город

Утром 27 июня 1941 года в Лиду вошли немецкие войска. Установился оккупационный режим. Весь район превратился в мощный опорный узел немцев, насыщенный живой силой и техникой врага. В оккупированном городе начался кровавый террор: фашисты добивались исполнения «нового порядка», каждые две недели на территории местной тюрьмы расстреливали по 25—30 человек — представителей интеллигенции, церкви.

9880463e48ad14f08ab0c6770d168bd3.jpg

— В сороковые годы прошлого века Лида, как и сейчас, была важным железнодорожным узлом, через который ежедневно проходили десятки составов с различными грузами военного назначения и живой силой, — рассказывает научный сотрудник Лидского историко-художественного музея Анастасия Колодяжная. — В городе размещался немецкий военный гарнизон, и борьба с захватчиками, по сути, началась с первых дней оккупации. А осенью 1941-го местные патриоты, знавшие друг друга по совместной работе и учебе, бывшие военнослужащие Красной Армии начали объединяться. Центром подполья стала партийно-комсомольская группа на железнодорожном узле, которую организовали коммунист Михаил Игнатов и комсомолец Александр Климко. Со временем подпольная организация разрослась до 35 человек. В конце 1943 года в городе работали четыре самостоятельные подпольные группы: на железнодорожном узле, в авиамоторных мастерских, в немецком госпитале и даже в самом гебитс­комиссариате. Подпольщики совершали диверсии на предприятиях, железной дороге, электростанции, собирали и прятали оружие, боеприпасы, оказывали помощь военнопленным, поддерживали связь с партизанскими отрядами «Искра» и «Балтиец», которые действовали на территории Лидского района.

Бесстрашный машинист

Михаил Игнатов был простым железнодорожником. Родился в 1910 году в Липецкой области. В 1923-м окончил пять классов школы и семь лет работал в колхозе, затем — в Москве на железной дороге кондуктором, а после переезда семьи в 1931 году в город Каширу Московской области — в Каширском локомотивном депо: кочегаром, помощником машиниста, машинистом. В Воронеже окончил шестимесячные курсы машинистов паровоза, и в 1939-м был командирован на работу в Западную Беларусь — в Лиду, где требовались квалифицированные специалисты-железнодорожники. Переехал вместе с семьей, которая все тяготы оккупации пережила вместе с ним в ­Лиде.

b3864afa592e1ca9984a84e2671df0ed.jpg

— Первое время молодые люди слушали приемник со сводками Совинформбюро, писали от руки листовки, проводили агитационную работу среди земляков, — рассказывает главный хранитель фондов Лидского историко-художественного музея Наталья Хотянович. А позже, когда группа установила связь с партизанскими отрядами «Искра» и «Балтиец», имени Ворошилова, выполняли задания разведывательного и диверсионного характера. Из партизанских отрядов молодые подпольщики получали мины и взрывчатку, а также листовки, сводки Совинформбюро, экземпляры газеты «Уперад», которые распространяли среди населения. Это был большой риск. Случались в городе и террористические акты против глав оккупационной власти. Немцы жили как на пороховой бочке. И никто не знал, кто стоит за этими терактами, кто, рискуя собственной жизнью, так отчаянно борется за свободу родного города.

Михаил Игнатов, работая машинистом паровоза, брал с собой в рейс мины замедленного действия, которые в пути следования подкладывал под другие паровозы, выводя их из строя. Ближайший соратник Игнатова комсомолец Александр Климко был коренным лидчанином, профессию получил в Белостокском железнодорожном ремесленном училище, во время войны работал слесарем в Лидском паровозном депо. А Матрена Наказных и Маша Костромина были совсем девчушками: в 1941-м окончили лидскую среднюю школу № 1. В 1940 году обе переехали в Лиду с семьями родителей, которых направили на железнодорожный узел: одна — из Липецкой области, другая — из Амурской. Отец Матрены Наказных работал на железной дороге вместе с Игнатовым.

a22700c834d03bc1d0342d12c6d9389f.jpg

Есть данные, что в 1942 году подпольщики сожгли построенное гитлеровцами вагонное депо и завод по изготовлению конструкций для бункеров и блиндажей, подорвали поворотный круг в депо. В феврале 1943-го Александр Климко и Леонид Холевинский взорвали бензосклад. Летом того же года магнитной миной, подложенной Климко, был подорван восстановленный поезд. В феврале 1944 года «неуловимые мстители» подорвали министерский салон-вагон Восточной железной дороги, уничтожили бронированный вагон на станции Лида, а также дом на улице 17 Сентября, в котором располагалась железнодорожная ­охрана.

За пять дней до долгожданной свободы

Лидское подполье действовало почти до конца оккупации. Немцы предпринимали все новые и новые попытки разоблачить подпольщиков, но фортуна долгое время была на стороне молодых патриотов, которые, рискуя жизнью, боролись с фашистским режимом.

Однако весной 1944 года по подполью был нанесен сокрушительный удар. 4 мая в квартире Игнатова агенты «абвергруппы-307» арестовали связную партизанского отряда «Балтиец», которая, не выдержав пыток, раскрыла явочные квартиры подпольщиков. Очевидцы вспоминают, что в ночь арестов гестаповцы возили ее на машине опознавать боевых товарищей. Той ночью уцелело лишь несколько человек.

Михаила Игнатова арестовали, забрали в гестапо прямо из депо, а к нему на квартиру направили двоих полицейских и гестаповца, чтобы забрать семьи. Но его жене с детьми удалось сбежать, их укрыли в партизанском отряде. Гестаповцы жестоко пытали Игнатова, требуя раскрыть имена всех подпольщиков и связных, однако ничего от него не добились. 23 июня 1944 года после жестоких пыток (у него были раздроблены суставы рук, выбиты зубы, искалечены лицо и тело) его расстреляли во дворе тюрьмы. Ему было всего 33 года.

А за пять дней до освобождения Лиды, 3 июля 1944 года, в двух километрах севернее города на опушке леса (нынче — микрорайон Рыбиновского) фашисты устроили массовый расстрел комсомольцев-подпольщиков — более сорока человек. Смерть встретили Александр Климко, Анатолий Качан, Матрена Наказных, Зоя и Леня Кудачевы и другие патриоты — лучшие представители молодого поколения Лидчины. А Маша Костромина, став бойцом отряда имени Ворошилова, принимала участие во многих боевых операциях против гитлеровцев и погибла в бою у деревни Жемыславль Ивьевского района.

— Подпольная деятельность в нашем городе вместе с партизанским движением сделала свое дело в борьбе с оккупантами и приблизила освобождение родных мест, — подчеркивает историк Анастасия Колодяжная. — Накануне изгнания из города немецко-фашистских захватчиков на Лидчине действовало 6 партизанских бригад, в которые входили 26 партизанских отрядов с общим количеством около 5 тысяч бойцов.

Лида была освобождена 8 июля 1944 года в течение трех часов в результате мгновенной атаки трех конных полков практически без потерь и сопротивления.

Память в сердцах и камне

После Победы деятельность подпольщиков на целых двадцать лет была незаслуженно забыта. Лишь в марте 1965 года бюро Лидского горкома партии приняло постановление «Об увековечении памяти участников Лидского подполья». Впервые были названы десятки имен участников подпольных групп и вкратце освещена их борьба с немцами. Вторично к теме Лидского подполья горком партии возвратился в мае 1974 года после тщательного изу­чения его деятельности.

0ae5d3d59147dd7f7f733ea88e5380d9.jpg

В мае 1965 года решением исполнительного комитета Лидского городского Совета депутатов трудящихся улица Совхозная была переименована в улицу руководителя подполья. На небольшой улице в микрорайоне Росляки преимущественно с частной жилой застройкой тихо и спокойно. На одном из домов висит мемориальная доска в память о Михаиле Игнатове. Торговый мебельный центр, небольшой сквер, за ним — знаменитое предприятие ОАО «Лидагропроммаш», где выпускается сельскохозяйственная техника, а за перекрестком — средняя школа № 8, где работает замечательный музей с экспозицией о Лидчине в годы Великой Отечественной войны и Лидском подполье. Кто такой Игнатов, в школе знают все учащиеся.

Невероятно трогательная эмоциональная выставка, посвященная 75-летию Победы над фашистскими захватчиками «Нам сорок первый не забыть, нам сорок пятый славить», работает в Лидском историко-художественном музее. Одна из инсталляций посвящена местному подполью.

В память о воинах-железнодорожниках, участвовавших в освобождении Лиды от фашистских захватчиков, на углу проспекта Победы и улицы Камышовой на пьедестале установлен отреставрированный паровоз выпуска 1945 года. А на территории локомотивного депо о подвиге подпольщиков напоминает стела с надписью.

Лида помнит. На опушке соснового леса, где приняли мученическую смерть более сорока подпольщиков и партизан Лидчины, сооружен монумент, установленный в 1966 году по проекту архитектора Сосновского. Сюда приходят потомки, чтобы поклониться бесстрашным землякам, вставшим на защиту родной земли. Здесь проходят митинги и акции Памяти. В этом месте особенно остро чувствуется связь времен и неудержимая сила духа поколения, которое прежде думало о Родине, а потом — о себе.

Оперативные и актуальные новости Гродно и области в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь по ссылке!
Редакция газеты «Гродненская правда»