Чтобы купить оборудование для съемки, продал машину

Чтобы купить оборудование для съемки, продал машину

Встреча с родственниками австралийских пауков, гроза посреди болота, тайная жизнь бобров и полгода, чтобы снять 30-минутное кино об этом. Автор документальных фильмов «В царстве белорусского бобра» и «Тайны белорусского Лох-Несс. Чертово озеро», включенных в Государственный регистр фильмов, Максим Гармаш рассказал журналисту «ГП», где в Гродно когда-то было море, как кусаются ракушки и почему пауки могут преследовать человека.

Максим Гармаш – не профессиональный режиссер. По первому образованию – саксофонист. Работает в ИТ-сфере. А кино – просто увлечение. Однако работы гродненца отмечены жюри уже нескольких международных конкурсов. Так, недавно эти картины на Республиканском открытом конкурсе любительских фильмов имени Юрия Тарича, проводимого под эгидой Министерства культуры Беларуси, заняли второе место в номинации «Неигровой фильм (Документальное кино)». Всего в конкурсе участвовали 215 фильмов из пяти стран.

Награждение победителей в Номинации Документальное кино Респ.конкурс Ю.Тарича.png

Еще раньше фильм о бобрах завоевал Диплом І степени среди краеведческих фильмов на конкурсе «Путешествуем по Синеокой». Также он значился в лонглисте Международного кинофестиваля «Lift-Off. First-Time Filmmaker Sessions October 2019» и в течение недели транслировался на онлайн платформе легендарной английской киностудии Пинвуд.
Максим говорит, главный его месседж в том, что не обязательно ехать за красотой в далекие страны. Она начинается прямо за окном. Потому что белорусская природа – просто восхитительная и удивительная. Именно это он  старается показать в своих фильмах.

Истоки

– Откуда у вас этот интерес к природе, ее изучению?

– Еще с 80-х годов. Моя 21-я школа находилась в Гродно на Домбровского. Рядом – очень красивая лесопарковая зона Пышки, и наша первая учительница Анна Петровна Коршунова постоянно водила нас туда, рассказывала о природе, истории. Помню, как меня впечатлило то, что на месте, где сейчас меловые карьеры, очень давно было море. И там до сих пор можно найти окаменелости, которым миллионы лет.

А может, все началось еще раньше. Мы с родителями жили на улице Лизы Чайкиной и часто бывали на природе. Дедушка, сам велосипедист, и меня «заразил» этим, мы часто ездили в лес.

С тех пор я очарован нашей природой. Однажды увлекшись съемкой, уже просто не могу остановиться.

– Сразу взялись за видеокамеру или начинали с фото?

– Фотографировал еще студентом. Тогда у меня был фотоаппарат Lomo: как только насобираю денег – сразу за пленкой. Потом начал снимать видео. Так что теперь дома – целая лаборатория, постоянно покупаю новое оборудование. Даже машину пришлось продать, чтобы купить нужные камеры. Из последнего, к примеру, камера для подводной съемки. Есть даже подземная эндоскопическая камера, с ее помощью как-то снимал пауков глубоко в норе.
Чего только ни находишь интересного!

Подводные обследования мест для съемок.png

– Расскажите.

Гродненский Стоунхендж и Лох-Несс

– Вот вы знаете, что у нас есть свой Стоунхендж? Около Сопоцкина среди леса огромными валунами выложены круги. Откуда? Как?

А когда погружался за Немново, нашел кусающиеся ракушки. Они небольшие, но, если такая «укусит», почувствуешь. Или вот на Меловых карьерах нашел родственников сиднейских воронковых пауков. У австралийского хелицеры ноготь даже пробивают. Наши, конечно, куда безопаснее. Что интересного я о них узнал: они очень злопамятные. Если их разозлить, час могут преследовать. Со скоростью паука, конечно, 3-4 км/час, но все равно. А еще они паутину интересно плетут: если видели, бывают воронки в земле, сверху оплетенные паутиной. Это их работа.

– А Лох-Несс откуда? Как это связано с Чертовым озером?

– С Чертовым озером вообще много загадок связано. Расположено оно в лесу, километров пять не доезжая до Поречья. Добраться к нему непросто, вокруг – трясина. Вот по ней, иногда по пояс в болото проваливаясь, я и нес все 40 килограммов снаряжения. Снимать под водой тоже тяжело, так как это торфяное озеро и прозрачность воды – не больше полуметра.

Кругом топь и болота.png

Есть версия, что именно в этой местности Наполеон оставил свой клад. А еще читал, что в озеро падал метеорит. Я специально проверял радиационный фон, он там ниже, чем вокруг.

Так вот Лох-Несс… Когда спускал с лодки в воду зонд, случайно обнаружил на дне борозду – словно кто-то хвостом ее сделал. А ведь озеро мертвое, живности в нем нет. Подводного течения – тоже. Так откуда борозда? Загадка.

Что нам снег, что нам зной…

– Много времени уходит, чтобы набрать материал для 30-минутного фильма?

– Фильм «В царстве белорусского бобра» получился 39-минутным. Для него я полгода с ранней весны в любую погоду каждые выходные ездил снимать. А до этого долго изучал местность, чтобы найти это бобровое Эльдорадо – место, где они построили плотины, наделали водопадов, запруд, обустроили свои хатки… Нашел в заказнике «Озеры».

Ранняя весна. Мерзну в палатке. Греюсь свечкой. Болота. Заказник Озеры.png

– Мало найти место, нужно еще дождаться удачных кадров, словить момент…

– И это – главное отличие документального кино. Здесь нет артистов, которым ты говоришь, куда стать, и будто дух природы – режиссер моего кино. Сидит бобер, моется, потом шубку начинает стирать, а когда уходит из кадра, тут же появляется следующее животное. Как артисты: один отыграл, а следом уже другой актер выходит. Это было неожиданно и очень волнительно. Так, из удачных кадров, которые мне показал о своей жизни бобер, и родился фильм.

– Что обычно говорят ваши родные, супруга, когда вы каждые выходные собираетесь – и на съемки?

– Если дословно, то «Главное, чтобы камни с неба не падали». Она знает: в любую погоду поеду. Хотя ситуации бывают разные. Когда снимал бобров, попал в бурю. Со всех сторон молнии в болото били. До машины – примерно час ходу. Когда уже выезжал, на лесной дороге попал в водный поток. Жутко: ночь, буря, а вокруг никого.

Материал отснят. Ретируемся с дрыгвы.png

Но все равно для меня с камерой по лесу ходить – это отдых. Потому что в остальное время приходится сидеть в офисе.
В мире столько всего интересного! А жизнь очень быстро летит. Поэтому стараюсь максимально использовать время, чтобы самому что-то увидеть и показать другим, особенно детям и молодежи. Больно видеть, когда они уезжают за границу. Найти себя, реализоваться можно и здесь.

– Можете составить ТОП-3 самых интересных мест района для отдыха в выходной день?

– Сразу назову деревню Бережаны на берегу Немана. В 1960–70-е годы туда часто на пленэры ездили наши художники, приезжали их друзья из других республик. Места на самом деле восхитительные. Второе – это места за Сопоцкино. И третье – заказник «Озеры». Он большой, 22 тысячи гектаров. Так что каждый найдет там идеальное место для отдыха.

В процессе съемок. Болота заказника Озеры.png

И снова к истокам

– Откуда в вас интерес к природе, теперь понимаю. А знания, как снимать фильмы? Вы музыкант, специалист ИТ-сферы…

– В нашем колледже искусств, который я окончил, прекрасные педагоги. Они учили видеть красоту и работать качественно. Владимир Михайлович Сергейчик – очень сильный режиссер, он много дал студентам. Кроме того, у нас были дисциплины, где мы изучали технические средства культпросветработы: кинокамеры, проекторы, раскадровку, монтажные планы. Педагоги заложили основу, фундамент, а дальше хочешь – развивайся сам.

Воздушная разведка с самолёта.png

– Однако удовольствие снимать кино не из дешевых…

– Да, но и это решаемо: питчинги, фандрайзинг. Сейчас главное – желание и талант. Я пока снимаю за свои.

– В вашей творческой биографии два значимых фильма?

– Если говорить о фильмах хорошего любительского уровня, то три. Еще один – «Дневник Анны» 2013 года, это художественное кино про рак груди. Он тоже был победителем конкурсов, его показывали в странах Евросоюза.

– Напоследок: что в творческих планах?

– Хочется выйти на более профессиональный уровень: актеры, композитор, оборудование. Уже есть идея, это будет художественный фильм. И, как всегда, о Гродненщине.

В процессе съемок.png