О пессимизме и оптимизме

О пессимизме и оптимизме

Дождь зарядил с утра. Лил так, что даже по тротуарам трудно было пройти, не намочив ноги. Зато травяные газоны на глазах зеленели, вербы вдоль дорог, наконец напившись вдоволь, распустили котики.

Остановилась на красный сигнал светофора в толпе – время утреннее, народ торопится на работу.

– Посмотри, какая красота! Весна-красна! – слышу голос рядом.
– Мокрая пора, без зонта не выйти, вечно вода под ногами, – тут же в ответ нудит другой женский голос.
– Ну да, много воды. Это же хорошо! Вода – это жизнь. Вот и на даче земля будет влажная, на грядках урожай вырастет, и в поле пшенице влаги хватит, – продолжает свой восторженный диалог одна из собеседниц.
– Да уж, вода, грязь, слякоть, мокрые ноги, болезнь, – недовольна другая.


Поворачиваю голову – ведут этот диалог женщины приблизительно одного возраста. На светофоре зажигается зеленый, народ торопится на переход, и людской поток уносит двух собеседниц, пессимистку и оптимистку.

К сожалению, в последнее время людей, настроенных оптимистически, мне приходится встречать немного. Вглядитесь в людской поток, идущий по тротуару вам навстречу. Редко можно заметить веселые, довольные лица. Разве что молодые парочки с устремленными друг на друга влюбленными взглядами. Да и в разговорах чаще нарекают на рост цен, маленькие зарплаты, неудовлетворенность окружающими людьми. Как будто все хорошее смыло весенним дождем. А ведь оно никуда не ушло, просто оптимизма нам в жизни не хватает.

Вспоминаю недавний разговор двух моих подруг. Одна из них горестно нарекает: в России курс доллара вырос, муж с заработков вернулся почти порожняком, и она теперь не сможет позволить себе купить хорошие фирменные сапоги. Вторая пожимает плечами:

– Нашла проблему! Купи себе отечественные, как я. Кожаные, удобные, может быть, не столь красивые, зато долговечные. И радуйся жизни.

И мы втроем вспоминаем молодость и время дефицита, когда товары перед продажей распределяли в трудовых коллективах. На работе у нас выделили талоны на пять пар женских туфель – на 20 человек. Чтобы все было по справедливости, решили тянуть бумажки. Из нас троих повезло только мне. Я сначала прыгала от счастья, держа в руках вожделенный «пропуск» со словами «туфли женские красные, размер 36» и печатью местного исполкома. Потом, отоварив его, полдня стояла под универмагом в надежде, что кому-то, как и мне, выпал счастливый билет на обувь не своего размера и я смогу с кем-то поменяться. Не получилось. Пришла домой удрученная и недовольная жизнью. Мама, сразу заметив мое настроение и выспросив его причину, принесла и положила передо мной свою девичью послевоенную фотографию. На ней четыре девушки, которые счастливо улыбаются в фотообъектив. Мама рассказала, что фотограф «щелкнул» их после бессонной ночи, которую провели в очереди, чтобы отоварить свои продовольственные карточки.
Вторые сутки без сна, все время на ногах, полкилограмма сахара и кирпичик хлеба, а на лицах – счастливая улыбка.

– Надо уметь радоваться, – сказала мне тогда мама.

 С годами и я стала понимать, что очень важно, какой ты воспринимаешь жизнь. И только от нас самих зависит, как ляжет на душу падающий с неба дождь – как вода, дающая жизнь, или как грязь, слякоть и мокрые ноги.
Редакция газеты «Гродненская правда»