Роберт Рождественский родом из… Гродненской губернии

Роберт Рождественский родом из… Гродненской губернии

«А вы знаете о том, что Роберт Рождественский – наш земляк, а его родные отец и мать были потомками ссыльных революционеров из Гродненской губернии?» – спросил однажды мой коллега Валерий Александрович Ермоленко в процессе совместной работы над темой о деятелях истории и культуры Гродненщины. Я признался, что слышу об этом впервые, равно так же, как и о том, что фамилия поэта по рождению была Петкевич.

Последнее особенно поразило меня, так как фамилия Петкевич, производная от имен Пётр, Петко, относится к числу наиболее распространенных в Беларуси и на Гродненщине. Документальных подтверждений сказанному тогда у моего коллеги не было, и эта интересная информация как бы повисла в воздухе. После кончины Валерия Александровича я решил вновь обратиться к этому сюжету из жизни Роберта Рождественского, исходя из соображения, что «дыма без огня не бывает». Своими поисками я ниже и делюсь.

G5Ewa9b9o_c.jpg
Роберт Иванович Рождественский (1932-1994) родился в большом селе Косиха в Алтайском крае. Известно, что его отец, Станислав (Ксаверий) Никодимович Петкевич (1906-1945), в это время служил начальником Косихинского районного отдела ОГПУ-НКВД; мать Вера Павловна (1913-2001) работала директором Косихинской начальной школы. Своё имя получил в честь революционера, видного советского и партийного деятеля, латыша по национальности Роберта Эйхе (1890-1940), с которым в молодости дружил, а впоследствии перед которым преклонялся отец будущего поэта. 

В ряде источников Станислава Петкевича называют поляком, хотя документальные подтверждения этого факта в настоящее время отсутствуют. Между тем имеется немало случаев, когда выходцев из Беларуси, оказавшихся в те давние времена в российской глубинке, чаще всего автоматически заносили в число поляков. Судя по всему, Петкевичи в силу разных причин не возражали против этого, хотя на малой родине большая часть из них считала себя православными, а значит, русскими или белорусами, а меньшая – католиками, или поляками.

Что касается Станислава Петкевича, то в силу идеологии тех лет он считал себя убеждённым интернационалистом, и это подтверждается не только женитьбой его на русской девушке, но и всей его последующей жизнью и деятельностью. По воспоминаниям людей, знавших его, это был «высокий широкоплечий, видный из себя мужчина». В 1934 году Петкевич был переведён с повышением по службе в Омск, и туда вместе с ним переехала его семья: жена Вера Павловна Фёдорова, сын (по метрике – Роберт Станиславович Петкевич) и тёща Надежда Алексеевна Фёдорова.

Жизнь на новом месте в целом складывалась успешно: на службе главу семейства ценили, его супруга училась в медицинском институте, подрастал сын. В четырёхлетнем возрасте Роберт стал читать родителям стихи собственного сочинения, показывая при этом на голову – вот откуда они берутся. В 1938 году, когда Роберту было шесть лет, его отец неожиданно ушёл из семьи. Чем был обусловлен этот шаг, сказать трудно. Одной из причин этому могло послужить увольнение Петкевича со службы в связи с развернувшейся в стране кампанией по поиску «польских шпионов». И когда для него возникла опасность ареста, он бросился, что называется, в бега. Скрывался в Ялуторовске, а когда началась советско-финская война, он добровольно пошёл в военкомат, воевал, и только чудом остался жив. В июне 1941 года оттуда же он был призван в РККА. В звании лейтенанта командовал взводом 257-го отдельного батальона 123-й стрелковой дивизии; погиб в жестоком бою на территории Латвии при ликвидации Курляндской группировки гитлеровцев в феврале 1945 года. Похоронен в братской могиле в посёлке Слампе Тукумского района. Где бы ни находился при жизни Станислав Никодимович Петкевич, связи со своей семьей он никогда не порывал, и как мог давал о себе знать. Роберт гордился своим отцом, хотя и не понимал полностью причин его ухода из семьи. Другое дело, когда он воевал с врагом…

8 июля 1941 года в газете «Омская правда» было опубликовано стихотворение девятилетнего Роберта Петкевича «Фашистам не будет пощады!». Война застала мальчика в детском санатории (в некоторых источниках – в пионерском лагере), где он его и написал. Передать стих в редакцию он попросил своего воспитателя Сигизмунда Казимировича Шиманского, хорошо знавшего старшего Петкевича и как раз собиравшегося в Омск по своим делам. Перед отъездом тот внимательно просмотрел листки из блокнота мальчика и посоветовал ему кое-что в стихотворении исправить. Последний так и сделал, спросив при этом: «А можно ли другой фамилией подписать?» С чем было связано появление у него такого вопроса, сейчас трудно понять: может быть за этим скрывалось нежелание Роберта лишний раз упоминать имя находившегося под подозрением у НКВД своего отца, а может быть это было отражение боязни юного поэта за качество им написанного. Во всяком случае Шиманский после короткого молчания ему ответил: «Подписывайся той фамилией, под которой тебя знают в школе».

В редакции газеты стихотворение приняли к печати и подписали: «Роберт Петкевич, ученик 3-го класса школы № 19, 10 лет». А ему было на год меньше, и перешёл он во второй класс. Ошибка случилась, скорее всего, из-за строки: «Хотя мне сегодня десятый лишь год…». Роберту за два дня до войны исполнилось девять лет, но слово «десятый» кто-то «округлил». Остальное понятно. Тогда в школу принимали с восьми, и раз ему десять, значит, перешёл в третий класс. А вообще он был не по годам рассудительным мальчиком. Когда его мама, Вера Павловна, не смогла пойти на собрание родителей завтрашних первоклассников, то он туда отправился сам. Аккуратно записал всё, что говорила учительница, ничего не напутал. И учился отлично. Любимый предмет – история. Любимые книги – энциклопедии. Увлечение, кроме стихов, – коллекционирование почтовых марок.

Много лет спустя, в одном своем интервью уже известный поэт рассказал об этой своей первой публикации так: «В этом стихотворении я сообщал, что родители ушли на войну, и я всячески грозился фашистам, что вот я скоро подрасту и им, естественно, будет очень плохо! Их спасло от ещё более кошмарной участи лишь то, что пока я подрастал, война кончилась». А свой первый гонорар юный поэт пожертвовал в Фонд обороны.

Вскоре после первой публикации Роберта Петкевича была призвана в армию в качестве военного врача и его мама. С уходом её на фронт мальчик остался с бабушкой. Надежда Алексеевна серьёзно болела, и на мальчишку навалилась уйма обязанностей. Надо было и воды из колонки принести, и дров для буржуйки наколоть помельче, и очередь за хлебом отстоять. И со всем этим внук справлялся. В 1943 году после смерти бабушки Роберта определили на учёбу в военно-музыкальное училище. Приехавшая в 1944 году ненадолго с фронта на побывку домой Вера Павловна Фёдорова принимает неожиданное решение забрать сына с собой, чтобы оформить его как сына полка. Эту идею Роберт воспринял с восторгом. Однако по дороге на фронт, в Москве, его мама почему-то изменяет своё решение и устраивает сына в Даниловский детский приёмник.

После Победы над фашистской Германией Вера Павловна Фёдорова, узнав о гибели на фронте Станислава Никодимовича Петкевича, вышла замуж за однополчанина, офицера Ивана Ивановича Рождественского (1899-1976), который был на четырнадцать лет её старше. Позже второй муж по настоянию Веры Павловны усыновляет Роберта, и он получает фамилию и отчество своего второго отца. Мать и отчим забирают его в Кёнигсберг (ныне Калининград), где проходила служба супругов после Победы. А после Кёнигсберга были Таганрог, Каунас, Вена, Ленинград, а в 1948 году – Петрозаводск.

В 1950 году Роберт Рождественский пытался поступить в Литературный институт имени М. Горького, но неудачно – вердиктом был отказ «ввиду творческой несостоятельности». Он год учился на историко-филологическом отделении Петрозаводского госуниверситета, а в 1951 со второй попытки поэту удалось поступить в Литинститут, который он окончил в 1956 году. Его сокурсниками были Гамзатов, Евтушенко, Айтматов и другие, позже прославившиеся литераторы. В стенах Литинститута поэт нашёл свою спутницу жизни. Его жена, Алла Киреева, училась курсом младше на отделении литературной критики и была первым читателем всех его литературных работ. Позже поэт так описал в стихах их единение:

Мы совпали с тобой,

совпали,

в день, запомнившийся навсегда.

Как слова совпадают с губами,

С пересохшим горлом –

вода.

NoKGwXv5Sek.jpg
 
Они прожили вместе сорок один год. Супруга и дочери – Катя и Ксюша – были самым родным и любимым в жизни поэта. Они всегда были рядом с ним – и в радости и в горе. Успех его творчества был потрясающим, а народная любовь более чем очевидной. Его произведения читали и читают, пели и поют. 

С середины 1980-х годов у Роберта Рождественского возникли проблемы со здоровьем. Умер он 19 августа 1994 года в Москве от инфаркта в больнице Склифосовского, а похоронен замечательный поэт в подмосковном писательском дачном поселке Переделкино. Его нет с нами уже более двух десятилетий, но его стихи как были, так и остаются красивыми, искренними и актуальными. Его будут помнить и любить всегда.

Автор: Валерий Николаевич Черепица, авторитетный историк, писатель-публицист, известный в Беларуси и за её пределами, профессор Гродненского государственного университета имени Янки Купалы, автор более 500 научных работ.